Глава 17

149 6 2
                                    

— Я же хорошо выгляжу в этом? — В очередной раз спросила я у Даши, когда он открыл передо мной дверцу машины. Он закатил глаза, улыбаясь, после чего притянул меня к себе.

— Во-первых, я уже говорил, что моим родителям всё равно, что будет на тебе. А, во-вторых, ты всегда прекрасна. И я не устану тебе это повторять. — другая оставил быстрый поцелуй на моих губах, после чего взял за руку и повёл к входной двери.

— Я просто очень волнуюсь. Я хочу понравиться твоим родителям.

— Они уже любят тебя, Котёнок. Ты должна понять, что мои родители не клишированные богатые снобы, которых волнует социальное положение и материальное обеспечение. Всё, что их действительно волнует, это счастье их детей. А они знают, как я счастлив с тобой. Но если мы в очередной раз отложим этот ужин, моя мама обоим голову оторвёт.

Мы с Даней встречались и фактически жили вместе уже почти четыре месяца. После нашего весьма спонтанного секса на его день рождения, всё было очевидно. Я и данная официально стали парой. Я боялась, что всё изменится, что мне постоянно будет неловко рядом с ним, появится стеснение и какая-то напряжённость. Но всё получилось с точностью да наоборот. Между нами словно спали оставшиеся барьеры. Каждое объятие, каждый поцелуй, каждый момент, когда Даня брал меня за руку, когда подвозил до универа, садился рядом за обедом, брал мне кофе. Всё это было так естественно и правильно.

А вот мой переезд к Даша вышел неожиданностью для меня. В один момент я просто осознала, что уже пару недель даже не заходила к себе в квартиру, а почти все мои вещи были у Дани в квартире. Более того, у него стали появляться вещи, которыми я обустраивала его квартиру.

— Наша квартира, Котёнок. Это наша квартира. — Говорил он каждый раз, когда я называла квартиру его.
Наша.

Наша квартира, наша кровать, наш Чарльз, наша жизнь. Это было естественно — быть с Дашей, делить с ним жизнь. Но всё еще ощущалось немного странным. Непривычным. Но настолько правильным, что иногда я не могла понять, как я вообще могла раньше жить без Дани. Без улыбки, которую он дарит мне с утра. Без того, как он готовит мне кофе, пока я делаю для него завтрак. Без поцелуев, которые он крадёт у меня чуть ли не каждую минуту. Без его прикосновений, когда мы голые в кровати. На диване, в душе, на кухне, на полу. Как я могла жить без всего этого?

Самое главное, что теперь я не могла жить без этого. Так что в тот момент, когда я осознала, что мы с Дашей уже живём вместе, я решила, что не должна бояться этого или сопротивляться. Мы были счастливы. И я не собиралась это терять.
Наверное, в итоге одним из самых сложных было рассказать папе о нас с Даней и о том, что я собираюсь жить с ним.

— Так мне и надо, — вздохнул тогда папа, покачав головой. — Я переговорил со своим генеральным, чтобы он перевёл меня в центральный офис. Чтобы я больше никуда не уезжал на несколько месяцев. А мог быть здесь. И иметь возможность узнать тебя. Было логично, что за это время у тебя появится своя жизнь, в которой нет меня.

Может быть, я должна была его утешить. Сказать, прости, я же не знала (я действительно не знала, что он хотел меньше работать и больше быть со мной), я не поеду к Дане, останусь тут с тобой. Но папа всё еще был для меня незнакомцем. Он сидел передо мной, в его глазах была видна вселенская тоска по тому времени, что он упустил со мной, а я ничего не могла сделать. Мне было грустно. Но психолог дала мне понять, что некоторые вещи нужно просто научиться отпускать. Сколько бы ты не плакала по этому поводу, сколько бы не грустила и как больно тебе не было, некоторые вещи просто не стоят того, что мы в них вкладываем. Я долго плакала по тому, кем мы с отцом не являлись друг другу.

— Пап, — я протянула руку, чтобы взять его большую ладонь в свою. — Мы никогда не сможем вернуться в прошлое, чтобы исправить всё то, что пошло не так в наших отношениях. И мы никогда не сможем это наверстать. Но это не значит, что я сейчас встану и навсегда отсюда уйду. Я тоже хочу, чтобы мы попытались узнать друг друга.

— Знаешь, я когда-то очень сильно любил твою маму. И боялся, что ты станешь похожей на неё. И, глядя на тебя, я никогда не смогу справиться с тем, как больно мне было, когда она ушла. Но ты не похожа на неё. И не похожа на меня. Ты стала лучше, чем я, чем она. Чем мы оба когда-либо могли стать. Я никогда тебе этого не говорил, но хочу, чтобы ты знала, я безумно горд тем, что ты моя дочь. И я очень сильно люблю тебя.

В тот момент я ничего не могла сделать с предательскими слёзами, которые полились из глаз. Я обняла отца, и мы долго сидели на кухни. И оба плакали.

После того разговора мы с папой взяли за привычку ужинать пару раз в неделю. Даня лишь пару раз присоединился к нам, но в итоге сказал, что он не может. Он всё еще слишком зол на моего отца за всё моё детство. Я понимала Даню и не могла его винить. Но в наших отношениях с папой наметился большой прогресс. Всё стало проще: ужин, разговоры, шутки и даже смех. Как я ему и сказала, мы не можем вернуться в прошлое и всё исправить. Но медленными шагами мы двигались в сторону примирения.

— Я всё еще нервничаю, — сказала я даже, когда мы остановились перед дверью. — Я понимаю, что для них имеет значение лишь твоё счастье. Но всё равно хотелось, чтобы они хорошо про меня думали.

— Котёнок, выдохни, — Даня наклонился ко мне, чтобы поцеловать как раз в тот момент, когда дверь открылась и перед нами появилась его мама. Я резко отстранилась, сильно покраснев, а Даня чуть не упал на меня, потому что тянулся за своим поцелуем.

— Здравствуйте! — Улыбнулась я, вытирая вспотевшие ладони о платье.

— Привет, Юля, — я испугалась, что мама Дани сейчас начнёт отчитывать нас или кривить губы в отвращении. Но вместо этого она улыбнулась мне, а потом, к моему удивлению, заключила в крепкие объятия. Я опешила, но быстро пришла в себя и обняла её в ответ. Ладно, это было точно неожиданно. — Проходите, быстрее. Все уже собрались.

Даня положил руку мне на поясницу, чтобы подтолкнуть вперед. Сделав глубокий вдох, я шагнула в дом. К моему удивлению, он оказался не таким роскошным, как я ожидала. Да, здесь было просторно и красиво. Но также тут было очень уютно и мило.

— Привет! — Улыбнулась Марина и обняла меня, как только мы вошли в гостиную. — Я так рада вас видеть. Платье, кстати, просто огонь.

— Спасибо, — улыбнулась я ей.
За это время мы с Мариной стали еще ближе. Я очень ценила её и всю дружбу, которую она мне давала. А Марина была той, кто могла дать очень много дружбы и своего внимания.

Дальше меня начала представлять остальным членам семьи. Я познакомилась с братом Дани, который был весьма хмурым парнем, хотя и пытался улыбаться мне.
Младшая сестра Дани оказалась очень милой и скромной девушкой, которая еще училась в школе. Мы мало с ней поговорили, потому что обе были слишком застенчивые. Отец Дани оказался дружелюбным мужчиной, хотя я почему-то представляла его строгим. Также здесь была вся семья Марины. Конечно я знала, что их семьи очень дружны, но теперь я убедилась в этом сама. И поразилась тому, как быстро и легко я почувствовала себя здесь своей. Словно вернулась домой после долгого отсутствия.

— А вот и альбом! — Улыбнулась мама Дани, когда села рядом со мной. Даня закатил глаза, а Марина закрыла лицо руками.

— Нет, мама, пожалуйста, — простонал Даня. — Мы не так долго вместе, я не готов к такому позору.

— О, нет, я сюда ехала ради такого компромата, — засмеялась я, после чего начала листать детские фотографии Дани. На всех он был такой милый. На первых он был карапузом с голой попой и заразительной улыбкой. Потом малыш в костюме зайчика в детском садике, возле ёлки. В первом классе с огромным букетом цветов и Мариной, держащей его за руку. Выпускной после первого класса. Какой-то утренник в средней школе. Вот возле него какая-то девушка. — И кто это? — Спросила я, подняв альбом, чтобы Даня увидел фотографию.

— Котёнок, не ревнуй, — усмехнулся Артём. — Это просто моя одноклассница.

— Да, а с ней ли ты целовался за школой после той дискотеки в школе? — Усмехнулся Лев, брат Дани. Я приподняла бровь, выжидающе глядя на Даню. Конечно, было глупо устраивать сцену из-за девушки, с которой он целовался в седьмом классе. Но другая сейчас так мило покраснел и заволновался передо мной. Боже, с каждой секундой вместе с ним, я влюблялась в другую
Даню всё сильнее и сильнее.

— Какая разница? Главное, что каждый мой следующий поцелуй достанется тебе. Включая последний.
Я ненавидела, когда Даня становился таким нежным, потому что в эти моменты я чувствовала, что к моим глазам подступали слёзы, а сердце было готово взорваться от переполняющих меня чувств. Чтобы не заплакать, я наклонилась и оставила быстрый поцелуй на губах Даня, а потом сказала тихо, чтобы услышал только он:

— А тебе принадлежит мой первый поцелуй. И будет принадлежать каждый, включая последний.

— Я люблю тебя, Котёнок.

Я прислонилась спиной к груди Дани, после чего мы продолжили смотреть его детские фотографии и смеяться тому, какими они с Мариной были очаровательными.

Конец

One awkward moment || D&JWhere stories live. Discover now